Ну, или где-то в том районе...
Перед самой армией бродячая моя душа занесла меня в пески Средней Азии. Элементарно - захотелось получить права бульдозериста-грейдериста. Или свидетельство - забыл уже. Права тракториста широко профиля ( и узкой колеи, как тогда шутили) у меня уже были со школы. Но они не имели силы, так-как восемнадцати еще не исполнилось.

Оканчивая курсы бульдозеристов я как раз имел решение с возрастом и мог героически начать осваивать просторы "великого и могучего" и рыть землю где вздумается и как вздумается. Это я так думал тогда. Как пел Андрей Макаревич: "А первый кричал, куда хотим, туда едем и можем, если надо свернуть..."

- "Наивность юности пределами не властна, пределы ей указывает жизнь..."

Курсы в Самарканде были самым рациональным учебным заведением во всем бывшем Союзе. Это я понял через годы, засыпая на дико тупых лекциях по марксизму-ленинизму и диалектическому материализму. В течении недели в маленьком уютном помещении нам преподнесли все теоретические основы по технике безопасности, основам электрики и сварочных работ ( я понятия тогда не имел, зачем. Видно - просто преподавателю надо было часов подкинуть - но в жизни мне это очень помогло) и отправили по объектам на практику.

Что такое " строительный объект" в Средней Азии? Это что-то другое, чем в Средней Полосе России. Во-первых, вас везут на "козлике" невесть куда по дикой жаре и жуткой пыли где-то полдня. Потом пыль оседает, но у вас такое чувство, что как было вокруг марево - так и осталось. Потому что песок, который вьется от ветра в такие небольшие смерчи и лезет в глаза и уши и вообще - всюду. На зубах скрипит - особенно противно. Меня высадили под какой-то засохшей шелковицей в чистом... даже полем не назвать и сказали - за тобой приедут. И скрылись в пыли.

Ну, Кин-Дза-Дза - ни дать, ни взять! До самого горизонта - песчаные барханы, воздух раскаленный донельзя и тень от этого обломка дерева площадью полметра на метр. Кто за мной приедет? Откуда? В душу забрался такой страх, что аж грудь сдавило. В чемоданчике из еды - пару банок килек в томатном соусе и самаркандская лепешка, которая, как мне сказали, может храниться пять лет. Лепешка-то сохранится, кильки(как я позже понял) были несъедобны со дня их выпуска, а вот что со мной!?
Это я про местных шакалов тогда еще не знал. Иначе бы о своем будущем не беспокоился. Испортиться, как продукту питания они бы мне не дали...

Когда я совсем уже упал духом - на линии слияния песка и раскаленного неба появилась какая-то черная точка. И донеслось тарахтение дизеля. Я побрел навстречу без всякой надежды - думал, мираж. Оказалось - трактор С-1оо. Классический бульдозер тех времен. Послан был за мной с утра, но водила-татарин (мой будущий наставник, как потом оказалось) - заскочил по дороге в знакомый аул, попил чайку с друзьями... Где-то к ночи мы были у двух жилых вагончиков в окружении всякой землеройной техники на берегу узенького водоканала, в котором бешеным потоком неслась мутная ледяная вода.

Все это скопление железа, пары ишаков между ними и нескольких встречающих мужиков в промасленной спецодежде называлось "базой". После дня одиночества в пустыне мне это показалось вообще столицей. Нас сразу отправили купаться ( вода просто неописуемо холодная! ) и усадили кушать. Прямо на берегу расстелен был ковер, на нем - дастархан (большая такая скатерть вместо стола) и большущий "ляган" с пловом.

Прелесть.
А рядом - двадцатилитровая канистра с вином производства местного винзавода под названием "Чашма" Потом я не раз слышал, как некоторые товарищи ругали этот напиток нехорошими словами. Совершенно несправедливо. Они не пили просто "Плодово-ягодного" или еще какой советско-европейской отравы. "Чашма" в этом плане - принцесса на фоне золушки...

Что такое "молодой" в землеройно-тракторной бригаде... Не думаю, что многим нужно объяснять. Это как везде - поди, подай, принеси и всегда и во всем виноват. Кому-то от скуки надо злость сорвать - так тоже окажись под рукой.
Но я был пацан уличный и к "роли мальчика для битья" привычный не очень.Поэтому на первый же подзатыльник ответил хорошим апперкотом, поразившим воображение добрых сердцем выходцев из разных уголков среднеазиатских предгорий.

Посовещавшись на каком-то местном диалекте, они, видимо решили приступить к моему перевоспитанию в духе местных же обычаев, но мой наставник-татарин наложил на это вето. Он объявил, что затрещины своему ученику имеет право выделять только он и никто более. Спорить с этим человеком, вес и объем которого немного не доходили до того самого знаменитого бульдозера С-100 - было трудно и вредно для здоровья.

Вопросы взаимоотношений были решены и начались трудовые будни.
Работать в песках старались начинать как можно раньше, затемно. По одной простой причине - часов с десяти-одинаддцати дня начиналась такая жара, что двигатели перегревались. Трактора глушили и объявлялось что-то типа сиесты.
Думаете - от жалости к людям? Куда-там.
Я, к примеру, в число людей, имеющих привилегию валяться на берегу канала в тени шелковиц кверху пузом, еще не входил по статусу и занимался техникой. За что ни на кого обиды не держал, потому что самому было интересно изучить все досконально.

К примеру - вот почему бензин в пускач дизеля нужно непременно в отверстие бензобака заливать? А что, если плеснуть немножко в выхлопную трубу? Может, этот "двигатель унутреннего сгорания" быстрее заведется? А то рука уже отваливается от этой рукоятки!

В последнюю секунду меня все же что-то остановило. Я подошел к наставнику, которого только что очередной раз обыграли в нарды и сказал, что трактор не заводится - ну ни в какую! И без того злой за проигрыш, он обматюкал меня с нерусским акцентом и пошел к бульдозеру. Залез на гусеницу и дернул за рукоятку. Пары бензина в выхлопной трубе, естественно, воспламенились и так шарахнули...

Татарин бегал за мной долго и с завидным упорством. Швырял камнями и обещал убить, когда бы я не вернулся. Но я успел уже понять этого отходчивого, и в общем, очень доброго человека...

Через пятнадцать минут он сидел перед зеркалом, скрипя от злости зубами, а я огромными овечьими ножницами (других просто не нашлось) подправлял его подпаленную шевелюру...

... Как я уже упоминал, на "теоретической" неделе курсов мастеров по уродованию рельефа местности нам успели сказать пару слов за сварочное дело. Этого оказалось достаточно, чтобы на фоне остальных в бригаде меня считали сварщиком, а начальство могло на полном серьезе считать, что у него на объекте есть человек, который выручит, если что...

Я даже представить не мог, сколько раз мое имя в конторе упоминалось.
Это в больших городах европейской части Союза (да и в глухом колхозе тоже) - сварщик был обязательно дипломированным специалистом. На фоне же тотального дефицита знающих в технике рук в азиатской глуши даже намек на то, что человек вроде бы что-то умеет - воспринимался на полном серьезе. И как я не отбивался - через неделю привезли огромный аппарат под названием САК и сказали - пусть здесь стоит. У вас хоть какой-никакой, а сварщик есть...

Я выпал в осадок. Но делать было нечего, да и интересно же! Ни инструкции никакой, ни малейшего объяснения к генератору не прилагалось. Но мы с наставником все же кое-как его завели и методом научного тыка и слепого поиска через несколько дней я уже добился того, что две железяки, сваренные мною, не развалились обратно.
Это было - просто фантастика какая-то!

Татарин меня зауважал. Даже когда я сдуру поменял местами контакты на магнето в пусковом двигателе (плюс на минус) и он вследствие этого получил заводной рукояткой по локтевому суставу - гонялся за мной недолго, а камнями так и вовсе не швырял.

Постепенно я здорово, как говорили тогда, - "нахватался верхушек" в этом деле. И некоторые несложные поломки исправлял настолько хорошо, что меня не очень материли...

Но один случай врезался в память - до смерти не забуду. Блеснуть мастерством мне тогда не пришлось, что, скорее всего, спасло жизнь не мне одному.

- Потек в тракторе топливный бак. Капает соляра. Чем ни замазывали - не помогает. Сообщили в контору. Там взяли на заметку и пообещали прислать новый. А работать-то надо! Бугор и говорит - А давай-ка мы его заварим. Сварщик-то у нас есть!

Сняли бак с бульдозера - полдня работы.Он углом так построен и уходит под кабину. Куча болтов да шурупов и все ржавые. Но - сняли. Приволокли САК, привели меня и ждут результатов. Мой наставник засомневался - а не рванет ли? Все-таки - топливо, газы... И решили общим собранием плеснуть в бак немножко бензина. Чтобы, значит, выжечь его изнутри и избежать вероятного взрыва. Плеснули. Для пущей безопасности создали из бензина этакую дорожку метров в пять (вместо бикфордового шнура). Отбежали - чиркнули спичкой.

... Мама дорогая!... Бак так шарахнул в небо - солнце затмил. Очень долго летал. До сих пор в глазах - как замедленная съемка. А когда грохнулся на землю... Вместо бака была какая-то сплющенная подушка, годная разве на металлолом пионерам сдать.

Мой татарин и все остальные молчали минут пять. Бригадир (тоже из "молодых", после техникума) предусмотрительно отступил к своему мотоциклу с явным видом на "удрать"...

...Сиротливые остатки бака начал засыпать песком ветерок с пустыни.
За водоканалом одиноко орал ишак. Видимо, узрел в молчаливо сидящей на корточках группе трактористов братьев по разуму. А что он мог о них подумать после всего этого фейерверка?

Я же солидно и аккуратно сматывал сварочные кабеля, показывая всем видом, что "кина" сегодня - больше не будет...