«Прощайте, мадам Корф». Из истории тайной дипломатии времен Французской революции 2M, 343 с.(скачать) издано в 2025 г. Добавлена: 10.04.2026
Аннотация
По внешней канве событий – это книга о Великой французской революции: о паутине опутавших ее личных и государственных интриг и втянутых в них персонажах; о хитросплетениях европейской дипломатии и «бриллианте» в ее короне – тайной дипломатии Екатерины Великой. Труднее определить жанр этой книги, написанной признанным знатоком отечественной истории и видным дипломатом. Это – кропотливое научное исследование, выросшее буквально из толщи литературы и архивных документов (и среди них – неведомых ранее даже историкам! ), которое, однако, читается как захватывающее повествование с неожиданными развязками событий и чередой разгаданных и еще не разгаданных тайн. Поэтому книга с равным успехом может быть встречена как профессионалами и учеными, так и широким кругом читателей настоящей литературы. И тому есть еще одна причина: удивительно, но отдаленные от нас во времени события и герои книги оказываются необыкновенно близкими сегодняшнему читателю, созвучными его мыслям и переживаниям. Спустя два столетия они словно напрямую обращены к нашему собственному жизненному опыту – опыту потрясений.
Для широкого круга читателей.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Никос Костакис про Вязовский: Кодекс врача [litres] (Альтернативная история, Попаданцы)
05 05
– Полиция бы сразу доложила, – покачала головой княгиня, подошла к одной из икон. – Смотрите, Евгений Александрович! Какая тут древняя роспись
__________
Княгиня (!) называет иконы росписью.
Окультуренная княгиня.
pulochka про Карина Демина
03 05
О книге"Леди,которая любила лошадей"
Язык мой-враг мой! Мадам Лесина-Демина и т.д ! Вы пытаетесь подражать эпохе? Ну ,а что в итоге-дебри дремучие. Вы сами -то можете до конца прочитать свои опусы? И ведь в каждой истории ………
Олег Макаров. про Фаберже
02 05
Первые две книги серии читал с интересом, на третьей остановился
Надоело. Постоянные описания «технологии изготовления» и рутина затмевают ту немногую движуху, которая всё-таки есть