Федоров (Иннокентий Васильевич, 1836–1883) — поэт и беллетрист, писавший под псевдонимом Омулевского. Родился в Камчатке, учился в иркутской гимназии; выйдя из 6 класса. определился на службу, а в конце 50-х годов приехал в Петербург и поступил вольнослушателем на юридический факультет университета, где оставался около двух лет. В это время он и начал свою литературную деятельность — оригинальными переводными (преимущественно из Сырокомли) стихотворениями, которые печатались в «Искре», «Современнике» (1861), «Русском Слове», «Веке», «Женском Вестнике», особенно же в «Деле», а в позднейшие годы — в «Живописном Обозрении» и «Наблюдателе». Стихотворения Федорова, довольно изящные по технике, большей частью проникнуты той «гражданской скорбью», которая была одним из господствующих мотивов в нашей поэзии 60-х годов. Незадолго до его смерти они были собраны в довольно объемистый том, под заглавием: «Песни жизни» (СПб., 1883).
Кроме стихотворений, Федорову, принадлежит несколько мелких рассказов и юмористически обличительных очерков, напечатанных преимущественно в «Искре», и большой роман «Шаг за шагом», напечатанный сначала в «Деле» (1870), а затем изданный особо, под заглавием: «Светлов, его взгляды, его жизнь и деятельность» (СПб., 1871). Этот роман, пользовавшийся одно время большой популярностью среди нашей молодежи, но скоро забытый, был одним из тех «программных» произведений беллетристики 60-х годов, которые посвящались идеальному изображению «новых людей» в их борьбе с старыми предрассудками и стремлении установить «разумный» строй жизни. Художественных достоинств в нем нет никаких: повествование растянуто и нередко прерывается утомительными рассуждениями теоретического характера; большая часть эпизодов искусственно подогнана под заранее надуманную программу. Несмотря на эти недостатки, роман находил восторженных читателей, которых подкупала несомненная искренность автора и благородство убеждений его идеального героя.
Другой роман Федорова «Попытка — не шутка», остался неоконченным (напечатано только 3 главы в «Деле», 1873, Љ 1). Литературная деятельность не давала Федорову достаточных средств к жизни, а искать каких-нибудь других занятий, ради куска хлеба, он, по своим убеждениям, не мог и не хотел, почему вместе с семьей вынужден был терпеть постоянные лишения. Сборник его стихотворений не имел успеха, а второе издание «Светлова» не было дозволено цензурой. Случайные мелкие литературные работы едва спасали его от полной нищеты. Он умер от разрыва сердца 47 лет и похоронен на Волковском кладбище, в Санкт-Петербурге.
mysevra про Уиндем: Миры Джона Уиндема. Том 1 (Научная фантастика)
28 02
Очень освежающе и отрезвляюще на общем фоне, без всех этих крутых супергероев и суровых мачо. «Кукушки Мидвича» тоже понравилась, правда, экранизация 90-х мне показалась поярче. Оценка: отлично!
mysevra про Хофф: Дао Винни-Пуха (Философия)
28 02
Какая вдохновляющая прелесть! Что-то есть в этом такое, успокаивающее и жизнеутверждающее. Проблема всей этой стройной теории в ключевом условии «познать самого себя», а для этого многим жизни не хватает. Оценка: отлично!
Олег Макаров. про Мунх: Калининград (Изобразительное искусство, фотография)
27 02
Человек сделал epub из обычных фотографий, которые безо всякого к искусству фотографии дара нащёлкал на телефон
— а что, так можно было?
— видимо, да.
— зачем?
— не знаю, наверное, хотел писать про себя "автор книги Оценка: нечитаемо
Никос Костакис про Дроздов: Рота Его Величества (Боевая фантастика)
27 02
Гречневая крупа упрела в печи, для нее не пожалели масла – каша так и таяла во рту.
Сало, свежепосоленное, с чесночком, таяло во рту.
Мы чокнулись, и я закусил бужениной. Она таяла во рту.
__________________________________________
Книга тает во рту!
Пинагор про Двадцать два несчастья
26 02
Энтузиасты! Залейте седьмую кингу с автор тудей, пжалста!
По сабжу: ну вот не понимаю я этой моды - наливать в текст ведра воды. Так-то, если до одного-двух томов сократить, неплохой романчик получился бы.
Скроллишь, ………
Hikari_v3 про Вот и свела нас судьба
25 02
Фу... Осилил несколько глав. Картон, как он есть. Но совершенно убивает всякое желание читать сей опус "как бы" в каждом предложении.
Хрень