Улицкая: Даниэль Штайн, переводчик (Современная проза) 25 09
Роман Л. Улицкой « Даниэль Штайн , переводчик» не о православных и католиках, мусульманах и иудеях, не о евреях и арабах, поляках и немцах, не о коричневых и красных, не об убийцах и их жертвах,не о злых и добрых, грешниках и не-грешниках, геях и не-геях, а о той философии жизни, преподанной человечеству Христом, суть которой в одном: в единении всех людей в Боге.Той философии, которая должна, но до сих пор не может стать ядром человеческой ВЕРЫ- ЗАЛОГОМ СПАСЕНИЯ ЖИЗНИ НА ЗЕМЛЕ.
Действительно, сейчас в мире, блуждающем в путанице смыслов бытия и творящем непоправимое количество бед, в мире, раздираемом антагонистическими противоречиями, «…вопрос, «что есть вера?» - жизненная необходимость».(Слова Штайна).КАК НИКОГДА – жизненная необходимость. Потому в конце своего романа Улицкая выражает надежду на то, что он послужит «…призывом к личной ответственности в делах жизни и веры». И это произведение, написанное в традиции русской классики, помогает сознающему, думающему и чувствующему человеку добраться до ясных и отчётливых истин.
Выражая существенные истины христианства новым художественным языком и в понятиях, отличных от стиля традиционного богословия, Улицкая пробуждает интерес к христианству в умах множеств лиц.
Герой романа Даниэль Штайн проповедовал религию сострадания и милосердия, любви к Богу и ближним. Обладая уникальным даром переводчика, способного ПЕРЕВЕСТИ любой язык (диалог) в русло мира и единения, всечеловечности и любви, он устанавливает тесную связь с людьми, демонстрируя силу, выносливость и самообладание.
Штайн всякую веру считал ложной, если в её основе лежал антагонизм - внеаморальная форма межчеловеческого взаимодействия, выводящая людей за пределы культурных и нравственных норм, именуемая бесчеловечностью, насилием, национализмом экстремизмом, религиозным фанатизмом. «Нет и не может быть Христа там, где царят вражда и разъединение» (Слова Штайна). Нет Его и там, где возникают обвинения и ненависть, преследования, доходящие до кровопролития. Дело Иисуса - любить и служить людям. Но тому ли учат религиозники во имя Его?
Чаще узкие религиозники, по убеждению героя, не видят во встречном человека, если он не в их форме чтит Бога. Даниэль убеждён, что сущность всякой религии составляет не содержание известных учений как божественных откровений (ибо это называется богословием), но содержание всех наших обязанностей вообще, как Божьих заповедей.
И монах свой нравственный долг видит в том, чтобы сорвать с сознания людей всё закрепощение в условной религии, в условностях позволенного и непозволенного в ней, помочь утвердиться человеку в жизни земли на собственном стержне чести, любви и бесстрашия. Вовлекает Даниэль человека в духовный подъём только добротой, величайшим тактом и любовью, вникает глубочайше в ту ступень духовной культуры, в которой живёт человек.
«Весь урок Даниэля сводился к тому, что совершенно не имеет значения, во что ты веруешь, а значение имеет твоё личное повеление. То же мне мудрость»,- восклицает Улицкая. Действительно, мудрость не нова. Не нова и тема, поднятая в романе. Известно, что главная магистраль русской литературы проходит путём поиска Бога, т. е. высшего смысла. И высокою чертою русской литературы и философии является защита истины, что христианство есть религия любви, а следовательно, терпимости и спасения всех. Русская культура осуждает искажение христианства , когда его истолковывают в духе законнической морали. Всех русских писателей объединяло нравственное вдохновение, которое выросло из подспудного христианского корня, который, несмотря на разрывы и отчуждения, продолжал питать природу русской интеллигенции, и не всегда от непосредственного влияния церкви, с которой многие писатели были не в ладах, а от соприкосновения с христианским восприятием окружающего мира, присущим русскому народу и глубоко укоренёнными в народе христианскими нравственными ценностями.
Идеи Улицкой, изложенные в традиции русских классиков, могут стать основой мировоззренческой парадигмы современного человека и его духовного восхождения.
Новизна же романа - в художественном решении известной проблемы. Сила художественного слова такова, что писатель положила мудрость в сердце ( аналогия словам Улицкой из романа : «То же мне мудрость. Но Даниэль мне это положил прямо в сердце»).Слово «вера» не осталось на уровне словаря, и превратилось в понятие, ставшее собственностью читателя ,-.вошло в концептуальную глубину сознания.
Сам жанр романа и композиционные решения помогают автору увидеть , как и где человек грешил против законов Вечного и страдал от распада гармонии в себе, заметить, как человек был счастлив, сливаясь с Вечным, и украшал жизнь окружающим, отразить порывы радости и бездны скорби людей, переживать их жизнь в обстоятельствах того или иного человека, найти оправдание каждому в своей доброте.
Сегодня мир подошёл к смене глобальных ценностей. И особую роль в нём играют художники, способные вернуть знание, благодаря которому не нарушается необходимое и нормальное синтетическое многообразие мира, обеспечивается не подчинение догмам, а
живое духовное самоопределение личности.
P.S.Так называемый оппонент Юрий Малецкий обвиняет Улицкую в том, что она предлагает читателю облегчённое христианство. К сожалению, автор статьи не понял замысла романа, потому, как узкий религиозник Ефим- герой произведения , - является адептом веры не в человека и Бога внутри него, а в «принцип истины»,ради которого и человека уничтожить можно.(мысль Даниэля).
И доколь ещё нам эту лямку тянуть,
Ощущая тоску и тревогу?
И ответил мне друже:
Как долог наш путь
Ко Кресту и воскресшему Богу.