Верещагин: Горны Империи [litres] (Боевая фантастика, Социальная фантастика) 14 08
Книга представляет собой идеологический трактат, где сюжет отодвинут на второй план. Верещагин собрал воедино черты российской и советской империй, приправив модными среди современных ультраправых идеологемами. Поначалу мелочи вроде "товарищ штабс-капитан" выглядят забавно, но потом эклектика потихоньку сползает в кашу. Социалистическая собственность соседствует с дворянским сословием, авторитарное правительство - со свободным ношением оружия, "порядок" - с устраиваемыми пионерами судами Линча, пиетет перед православием - с неоязычеством (причем в абзаце, восхваляющем последнее, православный Бог объявляется "выдуманным хитрецами"). Автор не учитывает антагонизм используемого им исторического сырья, не пытается привести противоречащие друг другу элементы к согласию, и из-за этого описание его мира создает впечатление агитки. Не совсем понятно, чем все-таки Империя лучше сопредельных государств, которые она поглощает не по-арийски подрывными методами. Рассуждения о том, что в Империи все для народа, звучат фальшиво на фоне роскоши, в которой живет дворянство, и драконовских методов, которыми оно оберегает свое имущество. Да и отец ГГ получает зарплату чуть ли не в два раза выше средней по столице, а ведь он всего лишь штабс-капитан, фактически старлей.
Доверия к Империи не добавляет и постоянно проскальзывающее двуличие. Массовые убийства детей - это плохо, но массовые убийства детей Империей - это хорошо, потому что имперцы знают, что делают, а все остальные - неразумные насекомые. Ненависть имперцев - благородное и возвышенное чувство, ненависть не-имперцев - примитивный инстинкт. Двойная мораль проявляется и в мелочах: Так, автор, отказывая творениям собратьев по цеху в гордом звании книг на основании того, что там револьверы заряжают магазинами, сам допускает досадные ляпы в отношении яденого оружия, радиации, лучевой болезни, мобильной связи и пр.
Еще в книге есть евреи, пьющие кровь русских детей (это не метафора). Никакой роли в повествовании они не играют, но как же не почесать любимую болячку? Окончательно же свое место на политическом спектре Верещагин определяет под конец, сжигая руками ГГ книги под заботливо переведенные с немецкого нацистские речевки. Ведь в его мире мировые войны развязывают Кафка с Глезером, а не те, кто сжигал их произведения, и уж тем более, не разномастные империи.
Что же касается художественной ценности книги, то автор вполне справедливо охарактеризовал себя как "не бесталанного", не больше и не меньше. Текст читается легко. Сюжет сильно растянут из-за побочных эпизодов, вставленных для донесения идеологической морали, но это не напрягает. Зато концовка не просто скомкана - ее нет. Нет ни кульминации, ни какой-либо развязки, действие просто повисает в воздухе. Даже если книга планировалась как часть серии, отсутствие даже промежуточного итога оставляет чувство недоумения. Пристрастие автора к персонажам-подросткам, в частности, к их сексуальности (весьма раскрепощенная для своих 12 лет Настя заслужила бы немало нелестных эпитетов как в дореволюционной России, так и в СССР) наводит на определенные мысли, тем более, что на роль подросткового романа книга явно не тянет - слишком много чернухи и нецензурщины. В целом книгу можно порекомендовать для тех, кто хочет поближе познакомиться с мировоззренческой путаницей русских националистов имперского толка.